По состоянию на январь 2026 года за пределами Украины из-за войны оставались около 5,6 млн граждан — на 400 тыс. больше, чем в конце 2024-го. Оценка Центра экономической стратегии близка к учёту УВКБ ООН: на конец 2025 года в мире было зарегистрировано почти 5,9 млн беженцев из Украины, из них около 5,4 млн — в Европе. Это не «все, кто когда-либо пересекал границу», а люди, которые к тому моменту не вернулись на постоянное проживание.

Цифры расходятся, потому что считают разное. Министерство иностранных дел в мае 2026-го называло ориентировочно 8 млн украинцев, вынужденно находящихся за границей: сюда входят и те, кто не состоит на консульском учёте. До полномасштабного вторжения за пределами страны уже жили миллионы трудовых мигрантов — это отдельный слой, его не стоит смешивать с выездом после февраля 2022-го.

Для Полтавы и области вопрос стоит практически: кто именно отсутствует в громаде, как это меняет школы, больницы и рынок труда и какую часть семейного бюджета держат переводы. Ниже — проверенные показатели, ограничения статистики и то, что из этого следует для повседневной жизни громады.

Основные цифры миграции

Пик выезда пришёлся на 2022 год. По оценке сервиса открытых данных на основе учёта Государственной пограничной службы, за четыре года полномасштабной войны официально не вернулись около 3,1 млн граждан; более 70% этого сальдо сформировалось в первый год. Далее темп снижался: в 2024-м чистый выезд составлял ориентировочно 443 тыс. человек, в 2025-м — около 290 тыс., за восемь месяцев 2026-го — 83,4 тыс. Центр экономической стратегии для 2025 года даёт близкую цифру: выездов было на 303 тыс. больше, чем въездов, что на 34% меньше, чем годом ранее.

Граница фиксирует пересечения, а не уникальных людей. Это похоже на подсчёт пассажиров по билетам: один и тот же человек может несколько раз выехать и вернуться, поэтому разница «выезд минус въезд» показывает сальдо, а не имена. Аналогия ломается там, где речь идёт о детях и семьях, которые осели на годы: их уже не видно в ежедневной статистике пунктов пропуска, но именно они формируют устойчивое отсутствие в громадах.

Довоенная трудовая миграция существовала отдельно. После 24 февраля 2022-го к ней добавился выезд из соображений безопасности — преимущественно женщин и детей. Внутреннее перемещение идёт параллельно: по оценке Международной организации по миграции на лето 2026-го в Украине было около 3,9 млн внутренне перемещённых лиц и более 4 млн тех, кто уже вернулся к привычному месту проживания, в том числе около 1,2 млн — из-за границы.

Куда едут и почему

В ЕС на конец июля 2026 года под временной защитой находились 4,43 млн человек, выехавших из Украины. Три страны держат большую часть этого учёта.

Источники: Евростат (временная защита в ЕС, июль 2026), УВКБ ООН (учёт вне ЕС и сводные данные конца 2025 — начала 2026).

Направление выбирают по трём механизмам. Первый — безопасность и статус: временная защита в ЕС продлена до 4 марта 2027 года, она даёт право на жильё, работу и школу без долгой процедуры убежища. Второй — рынок труда и язык: Польша ближе географически и по языку, Германия даёт более высокий уровень помощи и занятости. Третий — семейные сети: у кого уже есть родственники в Чехии или Испании, едет туда, а не «в Европу вообще».

По исследованию ЦЭС, до выезда 52% беженцев жили на востоке и юге, 24% — в Киеве и Киевской области. Полтавщина в этой разбивке не выделена как отдельный крупный донор внешней миграции. Отдельной официальной цифры «сколько именно полтавчан выехало за границу» государственная статистика во время войны не публикует.

Кто чаще всего остаётся за границей

Среди тех, кто остаётся за границей из-за войны, взрослые женщины составляют около 40%, взрослые мужчины — 29%, дети до 18 лет — 31%. Две трети беженцев — люди трудоспособного возраста 18–65 лет, более половины — младше 35 лет. Крупнейшая отдельная группа — женщины 35–44 лет.

Образовательный срез смещён вверх по сравнению с довоенной структурой населения: 71% опрошенных беженцев имеют высшее образование. До переезда 71% работали. За границей занятость взрослых выросла до 60%, но 54% работают не по той специальности, которую имели в Украине. После того как в августе 2025-го мужчинам 18–22 лет разрешили пересечение границы, чистый выезд этой возрастной группы за несколько месяцев оценили почти в 100 тыс. человек.

Для состава взрослого населения это означает не «пустые города», а избирательную потерю. Из громады чаще выпадают матери с детьми, молодые специалисты и часть медицинских и педагогических кадров. На месте остаётся старшая когорта, которая, по тем же опросам, чаще планирует возвращение. Доля беженцев старше 45 лет за год уменьшилась — именно эта группа чаще едет назад.

Денежные потоки и помощь семьям

Частные переводы в Украину в 2025 году составили 8,03 млрд долл. США — почти на 15% меньше, чем 9,42 млрд в 2024-м. Для сравнения: в 2021-м, до полномасштабного вторжения, объём достигал около 15 млрд долл., в 2022-м — около 13 млрд, в 2023-м — около 11,6 млрд. Больше всего сократилась оплата труда из-за границы: люди интегрируются в странах пребывания, часть доходов остаётся там на аренду и школу.

Через платёжные системы перевода средств в 2025-м поступило 2,5 млрд долл., средний перевод — 274 долл. Крупнейшие потоки этими каналами шли из США, Германии, Израиля, Великобритании и Италии. Официальные каналы дали около 5,06 млрд долл., неформальные — 2,96 млрд.

До интеграции за границей семья в Украине чаще получала регулярную «зарплатную» долю. После того как взрослый устроился на постоянную работу и арендовал жильё, сумма перевода обычно становится меньше и менее ритмичной — меняется не только курс, но и структура расходов самого отправителя. Для области это поддержка потребления, коммунальных платежей и ремонта жилья, а не замена налоговой базы от занятости на месте.

Что это значит для Полтавы

На 1 января 2022 года в Полтавской области оценивали 1 344 445 постоянного населения. Оперативная оценка на 2026 год — 1 331 009 человек; по итогам 2025-го область сократилась на 13,4 тыс. человек. Это сумма естественной убыли и миграции, а не чистый выезд за границу. Часть оттока компенсируют внутренне перемещённые: по опросу МОМ летом 2026-го в области было около 208 тыс. ВПЛ (16% оценённого населения), 45 тыс. человек, которые вернулись, и 1,083 млн неперемещённых.

Опрос 2024 года фиксировал другое измерение: 33% взрослых в Полтаве ответили, что имеют близких родственников за границей. Это не доля населения, которое выехало, а распространённость семейной связи с выездом. Отдельной верифицированной квоты «полтавчане среди 5,6 млн» нет.

На услуги влияние уже видно. В Полтавской громаде за 2022–2025 годы число детей в детских садах сократилось почти на 4 тыс., школьников — на 3 тыс.; в 2025/2026 учебном году в школах громады было около 30,5 тыс. учеников, на тысячу меньше, чем годом ранее. Лишь половина девятиклассников идёт в 10 класс — среди причин управление образования называет и выезд семей. Педагогический состав тоже уменьшился. Вместе с тем в школах обучаются почти 2 тыс. детей-ВПЛ, так что сеть не «опустела», а стала смешанной.

Рынок труда ощущает нехватку отдельных специальностей, а не тотальную остановку. Иностранных трудовых мигрантов в области единицы: на май 2026-го для трудоустройства здесь было 75 иностранцев. Вакансии закрывают местные работники, ВПЛ и те, кто совмещает работу с дистанционной занятостью за границей.

Что это значит для жителей. Меньше детей в классе не снижает автоматически тариф на тепло или воду: сети рассчитаны на пиковую нагрузку, а содержание школ и больниц раскладывается на меньшее число плательщиков. Перевод от родственника покрывает часть счёта за коммуналку, но не заменяет местную зарплату в налоговых поступлениях громады. Для очередей в поликлинике и наполняемости маршруток важнее не общенациональный «миллион», а то, вернулась ли конкретная семья из микрорайона.

Возвращаются ли и когда

Возвращение уже идёт, но неравномерно. Среди 4,4 млн человек, которых МОМ на конец 2025-го считала вернувшимися в Украине, 27% (около 1,17 млн) приехали из-за границы — преимущественно из Польши, Германии, Чехии и Италии. В Полтавской области среди ВПЛ около 12 тыс. ранее были за границей и после возвращения в Украину остались перемещёнными. По оценке ООН, в 2025 году в Украину вернулись сотни тысяч беженцев; это не означает, что выезд остановился.

Намерение вернуться в опросах ЦЭС держится около 43%. Базовый сценарий после окончания войны: около 1,6 млн вернутся, за границей без учёта России и Беларуси могут остаться 2,1–3,0 млн. Чаще едут назад люди старшего возраста; среди молодёжи планирует возвращение примерно треть. Условия, которые называют сами респонденты, — безопасность, работа по специальности и школа для ребёнка, а не только наличие жилья.

Важно. Ни одна из приведённых цифр не является переписью. УВКБ ООН считает зарегистрированных беженцев и оценки принимающих государств; пограничная служба — сальдо пересечений; ЦЭС — модель на основе обоих источников и опросов. Данные по России и Беларуси почти не обновлялись с 2023 года. Областного реестра «выехали с Полтавщины за границу» нет, поэтому локальные выводы строят из оценок населения, учёта ВПЛ и школьной статистики.

Практический ориентир для семьи в области выглядит так. Если родственник работает в ЕС и присылает близкий к среднему перевод 270–280 долл. в месяц, за год это примерно 3,2–3,4 тыс. долл. — сумма, которой в 2025–2026 годах часто хватает на коммунальные платежи двухкомнатной квартиры в Полтаве и часть продуктов, но не на полное содержание семьи без местного дохода. Возвращение с документами временной защиты занимает не один день: нужны действующий заграничный паспорт, подтверждение места проживания в Украине, устройство ребёнка в школу или сад и, при необходимости, снятие с учёта помощи в стране пребывания. На 2026/2027 учебный год в громаде уже заложено меньшее число старшеклассников, поэтому место в классе, как правило, есть; узкое место — не парта, а врач-специалист и воспитатели.

Чистое сальдо выезда за восемь месяцев 2026-го (83,4 тыс. по стране) показывает замедление, а не разворот. Для Полтавщины это означает медленную стабилизацию сети услуг на меньшей базе постоянных жителей и зависимость части семей от перевода, пока условия безопасности не изменятся настолько, чтобы младшие возрастные группы начали ехать назад так же системно, как сейчас выезжают.